Власть и боль

4 Февраль 2012 at 15:13

Да, это классное ощущение, перманентное ожидание боли в области почек и груди, которое усиливалось время от времени, когда тот или иной человек в форме, похожий на отпечаток, отражающийся в глазах петербургского гражданина смотрящего себе под ноги, где внизу промозглое небо запорошило все, что лежит чуть ниже горизонта его взгляда…

Когда тот или иной петербуржец заходил в пикет, я испытывал более страх, чем любопытство, поскольку мое сознание закидывало удочку в те области, которые радиостанция Эхо Москвы преподносила как отражение объективной реальности…

Незаметно, расстегнув пуговицы своего плаща, я достал через дырку моего внутреннего кармана свой мобильный телефон и, находясь в зарешетчатой камере, на свой страх и риск, сфотографировал того оперативника, который потом сидел справа от меня за столом, что был похож на парту ученика, перешедшего в старшие классы. Это его фото, но чуть ранее, оно получилось хуже.

Сергей Геннадиевич осмотрел меня своим ясным, кристально-чистым взглядом, в котором отражался портрет Путина, висевший напротив. Гражданин, ***, су#а, бл#ть, сказал он. Вы задержаны по поступившей информации сотрудников из следственного отдела оперативно-розыскных мероприятий. За вами числятся преступления, совершенные по статьям 115 и 338 УК РФ.

Я конечно напрягся, что за дела? Судорожно перебирая воспоминания, отметив про себя выигранные административные правонарушения в суде и арбитражные споры, я медленно стал приходить к выводу, что все светопреставление вокруг меня разыгрывается лишь потому, что я выступал против действующего режима на митингах в Петербурге за последние год и несколько месяцев. Меня на третьем митинге забрали в автозак, переписав данные с паспорта, хотя я и тогда думал, что они делают это лишь по привычке и указанию вышестоящего начальства, однако как теперь я понимаю, происходит это по накатанному сценарию.

Сергей Геннадиевич и его помощник, кажется его звали Игорь, изначально игнорировали мои законные просьбы о адвокате и звонке родственникам, а затем отвели меня в помещение, которое было сопряжено с их пунктом. Там меня заставили раздеться… до трусов. И… Они издевались надо мной, особенно этот каннибал, бл#ть, Игорь, который с завидным постоянством наносил мне удары перекрученным полотенцем в печень и почки. На третий день я не мог не то что говорить, но и осознавать происходящее вокруг. Меня отнесли в комнату с иногородцами, где стояли решетки, а запах мочи пропитал даже каменные стены. Там я провел, как уже узнал позже от своей жены, четыре месяца.

P.S. Все это произошло еще накануне митинга 10 декабря прошлого года.

comments powered by HyperComments